Церковь Иисуса

Церковь Иисуса Христа Святых последних дней, членов которой часто называют мормонами, недавно провела полугодовую Генеральную конференцию. Во время конференции руководители мормонской Церкви наставляют членов и других слушателей о том, как жить в соответствии с учениями Христа.

В 2011 году, на апрельской Генеральной конференции, старейшина Пол В. Джонсон ответил на вопрос «Почему жизнь такая трудная?» Он говорил о том, что испытания часто приходят в нашу жизнь, потому что Иисус любит нас. На первый взгляд, это не кажется таким уж большим даром, но если мы понимаем, почему мы пришли на эту Землю, мотивировка кажется ясной.

Согласно учениям мормонов, Бог создал нас как духов. В качестве духов, то есть не имея тела, мы жили с Богом, познавая Его и становясь теме, кто мы сейчас. В конце концов каждый ребенок покидает родительский дом, и Бог подготовил для нас Землю. Когда мы пришли на Землю, мы взяли с собой свою личность, но забыли, кто мы, и откуда мы пришли. Мы получили тело и семью. У многих из нас появилась возможность снова познать Бога и Иисуса Христа, и даже те, у кого такой возможности нет, обладают светом Христовым, который есть у каждого. Нам предстоит пройти через испытания, которые будут проверкой тому, сможем ли мы достойно преодолеть их.

Но испытания не просто проверка. Они также являются даром. Когда мы сталкиваемся с испытаниями, мы часто находим в себе что-то, о чем мы даже не подозревали. Когда мы не справляемся с ними, мы узнаем о своих слабостях и можем избрать принять брошенный нам вызов. Когда мы преодолеваем их, мы растем до такой степени, какую мы даже не могли себе представить. Испытания помогают нам стать теми, кем, как знает Бог, мы можем стать.

Выступление старейшины Джонсона состоялось во время утренней воскресной сессии конференции и называлось «Все сие преодолеваем силою Возлюбившего нас». Название взято из обращения апостола Павла в 8 главе послания к Римлянам:

35 Кто отлучит нас от любви Божией: скорбь, или теснота, или гонение, или голод, или нагота, или опасность, или меч? как написано:

36 «За Тебя умерщвляют нас всякий день; считают нас за овец, обреченных на заклание».

37 Но все сие преодолеваем силою Возлюбившего нас.

38 Ибо я уверен, что ни смерть, ни жизнь, ни Ангелы, ни Начала, ни Силы, ни настоящее, ни будущее,

39 Ни высота, ни глубина, ни другая какая тварь не может отлучить нас от любви Божией во Христе Иисусе, Господе нашем.

Старейшина Джонсон напомнил своим слушателям, что никто не убережен от испытаний. От них не могут спасти деньги. От них не может спасти послушание заповедям. Испытания являются одной из важных жизненных составляющих, и даже Сам Иисус столкнулся с испытаниями и искушениями. Его испытания были важной частью Его личного жизненного опыта, так же как наши испытания являются важной частью нашего.

Время от времени может казаться, что наши испытания сосредоточены на тех сферах нашей и жизни и нашей души, с которыми, кажется, нам хуже всего удается справляться. Поскольку личный рост есть желательный результат этих сложностей, нас не должно удивлять, что испытания носят глубоко личный характер: они будто по лазерному лучу наводятся на наши конкретные потребности или слабости.

Бывают времена, когда мы испытываем соблазн сказать Богу о том, что мы готовы перенести какие угодно испытания, только не то, которое грядет в скором будущем. Нам кажется, что мы не в состоянии справиться с ним. Однако, когда мы встаем перед лицом этого испытания, это служит доказательством того, что Бог знает, что мы можем справиться с ним. Что более важно, это означает, что Он хочет, чтобы мы извлекли из этого испытания важный урок. Мы учимся лучше всего, когда мы находимся за пределами своей зоны комфорта. Испытания могут быть болезненными, но в вечной перспективе они стоят того.

В книге Чисел в Ветхом Завете Моисей пытается успокоить группу ропщущих Израильтян. Они были обеспокоены грядущим голодом, так что Бог послал им манну. Однако, вскоре они уже не видели ничего необычного в манне и поэтому снова начали роптать, требуя мяса, овощей и другой еды. Терпение Моисея было на пределе. Он даже пожаловался Богу, спрашивая Его о том, почему ему приходится разбираться с этими людьми, ведь они в конце концов были детьми Бога, а не его. В отчаянии он предложил Богу убить его. Смерть казалась легче необходимости справляться с испытанием, которое, как он утверждал, было за гранью его способностей. Вместо этого, Бог предложил ему помощь. Через какое-то время Моисей стал великим руководителем, способным лучше справляться с испытаниями.

Наши испытания соответствуют нашим личным нуждам. Причина, почему жизнь некоторых людей кажется намного труднее, чем всех остальных, заключается в особых уроках, которым необходимо научиться этим людям. Бог абсолютно точно знает, какие испытания нам нужны. Человек с кажущимися на первый взгляд легкими испытаниями, возможно, стоит перед лицом большей опасности, чем человек, чьи испытания кажутся непереносимыми. Многие люди говорят, что они готовы умереть ради своей веры, но правда в том, что чаще всего от нас требуется жить ради нее. Если может показаться более трудным и печальным умереть за веру, в действительности, намного труднее жить, ежедневно сталкиваясь с вызовом, который жизнь бросает нашей вере. Многие из нас способны лучше противостоять серьезным испытаниям, но в то же время отступают перед лицом того, что даже не выглядит как испытание, лишь потому что оно застает нас врасплох.

Тех, кто столкнулся в жизни с большим испытанием, старейшина Джонсон утешает:

Модель, действующая в Священных Писаниях и в жизни, показывает, что самые мрачные, самые опасные испытания не раз непосредственно предшествовали удивительным событиям и потрясающему взлету. «Ибо после многих несчастий последуют благословения.» Дети Израилевы ощутили себя в ловушке, стоя на берегу Красного моря, прежде чем его воды были раздвинуты. Нефий столкнулся с опасностью, гневом своих братьев и множеством неудач, прежде чем ему удалось добыть медные листы. Джозефа Смита окутала злая сила, настолько мощная, что, казалось, он был обречен на внезапную гибель. Когда он был почти готов отчаяться, то воззвал к Богу, и в ту же минуту его посетили Отец и Сын. Приближаясь к крещению, интересующиеся часто сталкиваются с противостоянием и несчастьями. Матери знают, что чуду рождения предшествуют родовые муки. Раз за разом мы видим, как изумительные благословения по пятам следуют за великими испытаниями.

Помня это, мы сможем найти в себе силы перенести наши испытания. Мы будем знать, что если мы встречаем испытания с мужеством, извлекаем из них уроки и приобретаем навыки, то когда они подойдут к концу, мы получим награду за свои усилия. Мы станем сильнее, наша вера и доверие Богу укрепятся, и мы будем более подготовлены к следующему испытанию.

Наш Небесный Отец любит нас, и мы знаем, что «всякий уповающий на Бога получит помощь в своих испытаниях, тревогах и страданиях и вознесется в последний день». Когда-нибудь, когда мы окажемся по другую сторону завесы, нам не просто захочется услышать: «Ну вот и все». Вместо этого мы хотим, чтобы Господь сказал: «Хорошо, добрый и верный раб».

Ответ Джека

Когда мне было 50 лет, я занимался серфингом со своим шестнадцатилетним сыном и его другом в Лагуна Бич, Калифорния. Я проскочил через «последнюю волну» и нечаянно ударился лбом в погруженную в воду скалу; моя шея была поломана, и мой спинной мозг разорвался между вторым и третьим шейным позвонком. Я был мгновенно парализован, потерял сознание и проснулся через два часа в больнице в Лагуна, окруженный докторами и медсестрами. Одна из медсестер заметила, что я открыл глаза, и сказала мне: «Джек, если вы понимаете, что я говорю, моргните один раз». Я моргнул, и все присутствующие испустили облегченный вздох. Так началась моя новая жизнь, которая продолжается уже 19 лет.

Так как я верю в собственного Бога и в Его благодать, я никогда не был зол на Него и никогда не жалел себя, спрашивая: «Почему это произошло со мной?» Однако, много времени ушло на то, чтобы осознать, что Бог и Христос чувствуют мою боль и страдания так же, как и я, если не больше.

Хотя я и не был зол из-за своего происшествия и паралича, я был опустошен и убит горем в течение некоторого времени. Мне просто казалось, что я многое потерял, и не мог представить себе, что буду жить продолжительное время полностью парализованным c шеи до ног и на искусственном питании.

Я опустился в глубокую и темную депрессию, и были такие дни, когда я хотел рано уйти из жизни. Несмотpя на это, я продолжал молиться, и, в конце концов, после долгого подготовительного периода со мной произошел прекрасный случай, заставивший меня познать, что Бог чувствует нашу боль и очень хочет помочь нам.

Я дошел до точки. Я врезался в стену. Я понял, что никакой врач, никто на этой планете не сможет сделать для меня то, что мне нужно было больше всего. Я знал, что по своему характеру травма никогда не «вернет мне ничего». Я ждал с нетерпением и нуждался в надежде, покое, чувстве благополучия, которые я потерял из-за своего несчастного случая. В конце концов, я обратился к Богу всем своим сердцем и душой в молитве; так я не молился никогда прежде. Наконец, я понял, как сильно меня любят Спаситель и любящий, добрый, милосердный Отец Небесный. У меня не было видения, но я приобрел новое сердце; я был полон покоя, радости, надежды и чувства благополучия, что, как мне казалось, я не почувствую больше никогда.

Те чувства меня не покинули, но только усилились в течение последних 19 лет; я понимал тогда и знаю сейчаc, что Бог и Христос знают, что мы чувствуем, и Они разделяют нашу боль. Я по собственному опыту знаю, что из-за Своей безграничной благодати и любви Oни возьмут нашу боль и страдания на Себя, если мы просто доверимся Им и обратимся к Ним всем своим сердцем.

Веруя в Священные Писания, я понимаю, как чувствительно относится Божество к нашим страданиям и боли во время этой смертной жизни. Когда умер хороший друг Иисуса Христа Лазарь, Христос пришел помочь и утешить его сестер Марию и Марту, и, как говорится в стихе: «Иисус прослезился». [Евангелие от Иоанна 11:35]. В Евангелиях есть почти неисчислимое количество рассказов о том, как Иисус исцелял больных, воскрешал мертвых и возвращал их им семьям и показывал невообразимое милосердие ко всем.

В Священных Писаниях трогательно говорится о воскресшем Христе: «Есть ли больные среди вас? Принесите их сюда. Есть ли среди вас калеки или слепые, хромые или увечные, прокаженные или иссохшие, глухие или страдающие от чего либо еще? Приведите их сюда, и Я исцелю их, ибо Я чувствую к вам сострадание; и чрево Мое преисполнено милосердием… И было, что Он повелел, чтобы были приведены их малые дети. И привели они своих малых детей, и посадили их на земле вокруг Него; и Иисус стал посреди них; и отступил народ, чтобы можно было привести к Нему всех детей… [потом] Он прослезился; и народ был свидетелем этому. И беря малых детей один за другим, Он благословлял их и молился Отцу за них. И сделав это, Он снова прослезился..» [3 Нефий 17:7-22]

В видении, данном пророку Еноху, описывается эта трогательная сцена, где Бог смотрит на развращение Своего народа и на вытекающие из него боль и агонию, которую они ощущали тогда и будут ощущать в будущем:

«И было так, что Бог небесный смотрел на остаток народа, и плакал Он; и Енох свидетельствовал об этом, говоря: Как это, что плачут Небеса и льют слезы, как дождя в горах? И Енох сказал Господу: Как это, что Ты можешь плакать, видя, что Ты свят и пребываешь от всей вечности до всей вечности?» [Моисей 7:28-29]

Да, Бог чувствует нашу боль! Он Бог любви и сострадания. Хотелось бы, чтобы у всех, у кого когда-то была серьезная проблема или испытание, почувствовали то, что чувствую я. Я знаю, что это возможно, но для этого нужна вера, доверие и обращение к Богу всем своим сердцем.

Мормоны верят в то, что Бог всемогущ и обладает всеми возможностями участвовать в нашей жизни. Он дает нам бесценный дар свободы выбора, но в то же самое время Он дает нам ответственность за этот выбор. В итоге, в то время, как Он может участвовать в нашей жизни, что Он постоянно и делает при различных обстоятельствах, Он иногда дает нам возможность испытать результат нашего собственного выбора, выбора других людей или естественных обстоятельств. Он чувствует то же, что чувствуем мы, борясь с трудностями, и обещает нам, что в конечном итоге весь наш опыт пойдет нам на пользу. Сам Спаситель испытал на Себе всю нашу боль, страдания и болезни и знает как помочь нам в наших слабостях. Его совершенный план для нашего роста включает в себя извлечение уроков из противоположностей – болезни и здоровья, добра и зла, света и тьмы. Борясь с превратностями судьбы и уповая на искупление Иисуса Христа, мы можем вырасти духовно и достигнуть наш духовный потенциал.

Ответ Джеймса Фолконера

В противостоянии страданиям для мормонов также, как и для кого-то еще, соблазнительна идея начать относиться к этому более философски. В ответ на этот вопрос наши как правило тихие философские двигатели набирают обороты в стремлении определить, какую из трех ножек традиционной проблемы нужно подпилить, или найти способ примирить их с существованием страданий. Возможно ли, что Бог на самом деле не так уж и всемогущ, или мы просто не до конца понимаем значение этого слова? Возможно ли, что Он на самом деле не любит всех, или мы просто не можем до конца постичь глубину Его любви и то, что она приносит? Возможно ли, что Он всемогущ и любит всех, но просто не знает как положить конец нашим страданиям, или по крайней мере облегчить их? Кажется, что наличие страданий в нашей жизни требует, чтобы мы отрицали по крайней мере одно из божественных качеств.

Конечно, никакой верующий, мормон или кто-либо еще, не стал бы этого делать. Мы заявляем, что Бог обладает всей возможной властью, что Он любит нас настолько, насколько это только возможно, и что Он знает все, что только можно знать – Он всемогущ, всемудр и благотворит ко всем. В кого еще мы могли бы верить, как не в Него? Но кажется, что есть существенная несовместимость между этими тремя качествами и страданиями.

Каков ответ на этот вопрос? Перестать философствовать по этому поводу. Проблема лежит в самом подходе: если философия не в состоянии ответить на этот вопрос, нам следует перестать требовать от нее эти ответы.

Иов не понимал причины своих страданий, но его недостаток понимания не был интеллектуальной головоломкой. Это было испытание его праведности. Пережив смерть своих близких и страдая сам, он сказал Богу: «Вот, Он убивает меня; но я буду надеяться» (Иов 13:15). В Книге Мормона, еще одном Священном Писании, свидетельствующем об Иисусе Христе, царь Вениамин увещевает нас: «Веруйте в Бога; [ . . . ] веруйте, что Он всемудрый и всемогущий и имеет силы как на небе,  так и на земле; веруйте, что человек не разумеет всего того, что может ведать Господь». В напоминание о том, что это значит, он продолжает: «… я желаю, чтобы вы всегда помнили и хранили в памяти величие Бога и ваше ничтожество» (Мосия 4:9, 11).

Не все проблемы подлежат философскому разрешению. Признав, что философия не даст нам ответ на этот вопрос, мы мало что теряем, поскольку в конце концов, страдания – это не задача философии. На примере Вениамина и Иова мы видим, что есть вещи, которые мы не можем объяснить с точки зрения разума, что есть загадки философии, которые мы не можем разгадать. Но страдания – это не головоломка, а реальная проблема. Это проблема нашей жизни и жизни других людей, проблема, требующая не просто наших мыслей, а наших действий. Мы должны действовать с верой, глубокомыслием и доверием, и мы должны верить в божественную силу, любовь и знание, чтобы действовать уверенно.

Перед лицом страданий, своих собственных или чьих-либо еще, мы должны спрашивать себя не «Почему это происходит?», а «Что я могу сделать?» Самый разумный подход в данном случае это действовать, чтобы положить конец этим страданиям или облегчить их. Это более разумно, чем пытаться найти возможное философское разрешение этой проблемы, поскольку такие поступки подобны жертве, которую принес Сам Господь, пострадав, чтобы спасти от страданий нас.

Дополнительные источники:

Paul Ricoeur, “Evil, A Challenge to Philosophy and Theology,” Figuring the Sacred: Religion, Narrative and Imagination (Minneapolis: Fortress, 1995) 249-61.
James E. Faulconer, “Rethinking Theology: The Shadow of the Apocalypse,” FARMS Review 19:1 (2007), 175-99. Можно найти на вебсайте: http://farms.byu.edu/display.php?table=review&id=641

Ответ Карен

Присутствие любви Божьей в нашей жизни не исключает, а скорее включает в себя ситуации, когда нам больно, когда мы в депрессии, когда мы запутались, обижены, огорчены, нерешительны и разочарованы. В то время, как некоторые из нас признают Его присутствие на одних этапах своей жизни, на других мы склонны этого не делать, и либо просим за это прощения, либо навсегда утрачиваем чувство радости из-за того, что кажется совсем несоответствующим плану спасения или необъяснимым разочарованием.

Боль трудно увидеть и понять, если мы не видим всю картину. В противном случае именно здесь многие из нас отдаляют себя от присутствия Божьего, думая, что Он отдалился от них, и отрицают свое свидетельство в страхе, что оно не оправдает их надежд.

Так легко ожидать, что в нашей жизни не будет боли, если мы последуем за Христом, но как сказал один мормон, «Евангелие – это не освобождение от страданий; это источник силы во времена страданий.» Я свидетельствую, что присутствие Божье всегда очевидно, даже если мы не можем разглядеть Его в какой-то момент. Я свидетельствую, что Он присутствует в лабиринтах нашей жизни также, как и на ее прямых дорогах, иначе же Бог перестанет быть Богом.

Я помню, когда моей матери поставили диагноз рака поджелудочной железы. Я хотела бы поделиться с вами частью этой истории в надежде, что вы может быть ощутите, что Бог знает о каждом моменте ваших самых глубоких переживаний и физической боли.

Когда я приехала в центр лечения рака в Фокс-Чейс, я чувствовала боль своей матери. Она испытывала сильнейшую боль до того, как ей поставили капельницу с достаточной дозой морфия, чтобы поддерживать ее в норме. Это было более, чем просто напоминанием о ее двадцати-пятидневном пребывании в больнице двадцать лет назад с диагнозом непроходимости печени и осложнениями после операции, представлявшими угрозу жизни.

Я следила за дозами оксикодона, которые вводились маме каждый час, стараясь увеличить их, следуя инструкциям врача и больничным флаерам, висящим почти в каждом коридоре, чтобы насколько это возможно облегчить мамину боль. Но возрастающие интервалы времени между дозами вызывали у нее приступ отчаяния.

Я помню как первый раз я попросила разрешения провести ночь в больнице, но мне было отказано. Позднее я узнала, что она корчилась от боли между дозами с 10 до 11.30 вечера. В конце концов после того, как мы побеседовали по душам с человеком, который заведовал дозировкой обезболивающих средств, мы получили ее лекарства, и боль практически прекратилась. Морфий вводили внутривенно, как основную дозировку, а при особенно сильных приступах мама могла нажать кнопку, чтобы получить дополнительную дозу или таблетки.

Я помню, как несколько раз мамины стоны были громче, чем я могла выдержать. Я молилась о том, чтобы ей не пришлось терпеть ни одной секунды боли больше, чем было необходимо для ее возвышения и очищения. И затем я в своего рода духовном порыве спросила Господа напрямую: «Когда боли становится достаточно? Откуда Ты знаешь, что именно это – нужное количество, или что это достаточное количество? Как Ты определяешь то, насколько сильной должна быть боль и как долго ее нужно терпеть? Я доверяю Тебе, но пожалуйста помоги мне понять это лучше.»

Мой ответ пришел как волна воспоминаний. Первое, что я вспомнила, был известный мне рассказ. Случилось ли это на самом деле, или было придумано – неважно. Важно то, что сказал мне Дух, когда я прокручивала его в памяти. Рассказ называется «Очищающий огонь.»

Однажды несколько женщин собрались вместе, чтобы читать Священные Писания. Читая третью главу Малахии, они натолкнулись на интересную фразу в третьем стихе: «И сядет переплавлять и очищать серебро.»
Одна из женщин предположила, что фраза передает идею освящающего влияния милосердия Христова. Затем она предложила сходить к серебряных дел мастеру и узнать, что он скажет по этому поводу.
Именно так она и поступила, и не раскрыв причины своего визита, попросила мастера описать процесс очищения серебра, что он и сделал в подробностях. Затем она спросила, остается ли он сидеть, пока серебро очищается.
«О да,» – ответил мастер. «Я должен постоянно наблюдать за печью. Если серебро лишь чуть-чуть передержать в печи, оно утратит свои качества.»
Когда женщина уже выходила из магазина, мастер окликнул ее и сказал, что забыл упомянуть еще одну вещь – мастер  знает, что процесс очищения завершен, если он видит в серебре свое отражение.

Когда этот рассказ вновь затронул мое сердце, я знала, что каждой секунде боли, которую испытывает моя мама, и которую испытываем за нее мы, ведется учет. Я только что получила ответ на один из своих вопросов о боли, который стал подтверждением тому, что Бог определяет ее количество. И хотя я по-прежнему не знала как это происходит, это уже не имело значения. Святой Дух подтвердил мне, что Бог-Отец и Спаситель абсолютно точно знают длительность очищения, которое нам необходимо.

Мой второй вопрос был о том, как Он определяет интенсивность боли. Через этот же опыт Дух вложил в мое сердце знание о том, что Бог также определяет и это. Он видит наше отражение, когда работа завершена. Он не только знает, сколько секунд нам нужно находиться в печи; Он также до малейшей детали знает, какого качества должен быть продукт после обработки.

Бог руководил длительностью и интенсивностью боли в этом испытании. Места для ошибок не было. Какой ясный и простой ответ на вопрос ребенка в момент несчастья. Бог безусловно как не убрал Свою руку помощи, так и не позволил ей лежать без дела.

Вторая волна воспоминаний нахлынула в форме произведения неизвестного автора, которое я когда-то читала:

Боль была со мной уже так долго, что я сказал ей сегодня:
«Тебе больше не место здесь со мной.»
Я топнул ногой, сказав ей «уходи», и замолчал, пораженный выражением ее лица.
«Я была тебе другом,» – промолвила она, -
«Я была твоим учителем – всему, что ты знаешь о понимании, любви, сострадании и терпении, научила тебя я.
Ты хочешь, чтобы я ушла?»
Она говорила правду, эта странная, незваная гостья.
Я смотрел ей вслед и знал, что она была мудрой.
Она смягчила мое сердце. Она прояснила мои глаза.
Я вытер слезы и запел песню о той, которая терзала меня так долго.

(Tragedy or Destiny, Spencer. W. Kimball, Deseret Book: 1996 г., с. 4.)

Я обрела силу через опыт этого человека, который знал о боли не понаслышке.

На меня нахлынула третья волна. Это была цитата, которую тогда я вспомнила  только частично, но сейчас привожу полностью.

Никакая боль, которую мы испытываем, никакое испытание, которое выпадает на нашу долю, не проходят впустую. Это способствует нашему воспитанию, развитию таких качеств, как терпение, вера, сила духа и смирение. Все, от чего мы страдаем, все, что мы переносим, особенно если мы переносим это с терпением, формирует наш характер, очищает наши сердца, расправляет крылья нашим душам и делает нас более чуткими и отзывчивыми, более достойными быть названными детьми Божьими.

Когда бы я ни спрашивала, когда бы я ни нуждалась в более полной картине, я получала ответ. Также, как мама, когда ей было нужно, получала дополнительную дозу морфия простым нажатием кнопки, я получала мои духовные таблетки и внутривенные инъекции веры по предписанию врача.

Обрезание, отжим и очищение

Я начала лучше понимать, что значит фраза о том, что наши сердца должны подвергнуться обрезанию, отжиму и очищению, по аналогии с оливковым деревом и оливковым маслом, которые символизируют процесс, Очистителем и плодами чистого сердца.

Я много размышляла об этой связи между маслом, прессом для оливок и нашими личными прессами и сейчас делюсь своим мысленным путешествием.

Оливковое масло – жидкое золото

Гомер назвал его «жидким золотом.» В давние времена спортсмены натирали им тело. Веками его использовали для помазывания, для приготовления пищи, как источник света и для приготовления лечебных мазей. На нем настаивали цветы и травы для производства лекарств и косметических средств. Это жидкое золото широко известно как оливковое масло.

Я выросла на нем, смешанным с помидорами и пармезаном, в настоящей итальянской «подливке» (вы называете ее «соусом»!), смешанным с уксусом в салатах, искрящемся на дне тарелки в ожидании, когда в него обмакнут хрустящий итальянский хлеб. Оно было незаменимым для моих восточных предков, а также полезным ингредиентом местной кухни и базисом для посвящения правителей в их чин.

Позднее в жизни я была заинтригована его полезными свойствами, но сейчас заинтригована еще больше, когда получила храмовые таинства, благословения здоровья и утешения, после того как мне помазали голову этим маслом, освященным верными представителями священства Господнего. Я на себе ощутила его очищающее влияние и научилась ценить его значимость.

Отжим оливок

Отжим оливок это – удивительный процесс и в данном случае очень точная метафора. До того, как оливки отжимают, их тщательно взвешивают и просеивают через сетку, чтобы отделить листья. Урожай должен быть собран в определенный момент, и оливки  сразу же необходимо поместить в отжим, чтобы они не испортились.

Чистые и сухие оливки помещают в пресс. Я видела на фотографиях гранитные колеса весом в 3500 фунтов, которые использовали для того, чтобы давить оливки. Они похожи на мамонтов. Оливки помещают в большой металлический контейнер, и огромные каменные колеса неустанно грохочут, вращаясь над ними и превращая их в однородную массу. Сначала из них делают такую массу, чтобы вызвать выделение масла. После этого массу сбивают, в результате чего масло выступает на поверхность и готово для сбора.

Гефсимания – Сад отжима оливок

Самые лучшие производители оливкового масла, подобно величайшему Собирателю душ, знают об оливках все – когда лучше собирать урожай, когда делать отжим, как принести оливки к прессу (они могут быть повреждены даже от собственного веса), они знают лучший способ сделать самое чистое масло, чтобы создать совершенный продукт.

Когда мы чувствуем, как наши сердца сжимаются, мы знаем, что Господь виноградника извлекает то божественное, которое есть в нас, и что Он также испытал это давление – давление, через которое пройдет каждый из нас – в такой степени, которую мы только начинаем постигать.
Это наводит меня не размышления об этой связи между прессом для оливок и искупительной жертвой Спасителя.

Спаситель был, если говорить в духовном смысле, попираем и сокрушаем до тех пор, пока каждая частица сердца не [кричала] об облегчении и освобождении от боли, пока «милость [не имела] сострадание к милости и [не требовала] своего» (У. и З. 88:40), чтобы Он мог знать, испытав это на Своей плоти, как помочь Своему народу. (The Olive Press: A Symbol of Christ, FARMS, стр. 5, 7).

Невозможно передать словами то, как Спаситель безвинно пострадал, сильнее, чем мы когда либо могли бы вынести, и то, что сейчас Он поддерживает нас в наших страданиях, чтобы нектар нашего потенциала мог накапливаться внутри нас.

Свежевыжатое оливковое масло девственно чистое.

Серебро, очищенное мастером, совершенно, когда процесс завершен.

Боль также будет нам во благо для жизни вечной. Мы здесь сейчас для того, чтобы испытать все, что мы получаем вместе с нашим телом, чтобы очистить наши души во взлетах и падениях нашего земного существования. И нам было обещано, что все это будет того стоить, если мы с верою претерпим до конца.